Киевская Русь – це Европа? Что же было по-настоящему ценным для древней Руси?

Один из проевропейских мифов, усердно продвигаемых свидомыми украинцами, (и, кстати, горячо поддерживаемый отечественными либералами) состоит в том, что якобы Древняя Русь была истинно и только европейским государством. Само собой, что имеется в виду вовсе не географическое положение страны, ведь глупо отрицать, что территория Руси в те времена целиком и полностью находилась исключительно в Европе. Нет, на самом деле имеется в виду культурно-историческое, даже не родство, а полное единство с Европой.



Свидомые украинцы и отечественные либералы, не стесняясь, приписывают нашим древнерусским предкам своё современное раболепное преклонение перед современной же Европой. Причём, умудряются даже отыскать в той мракобесной Европе раннего средневековья какие-то «общеевропейские» ценности, которых, разумеется, тогда не существовало, как, впрочем, не существовало и средневекового «общеевропейского» единства.
Collapse )
старина

О Победе, холокосте и уголовном кодексе.


По мотивам краткой беседы в журнале amoro1959 пришли в голову некоторые мысли о Победе, холокосте и уголовном кодексе.

Холокост, это термин, которым называют два различных феномена, и оттого возникает всякая путаница. С одной стороны холокост, это исторический факт, факт преследования и уничтожения евреев со стороны нацистов. Несомненно, трагедия еврейского народа. С другой же, это большой, сложный миф, ценностно нагруженная символическая структура, которая сегодня является одним из краеугольных камней европейской идентичности.

В дальнейшем я буду говорить о холокосте и о мифе холокоста, как о двух отличных феноменах.

В отличие от исторического факта «холокост», миф холокоста обладает жесткой структурой и формой, и эта структура и форма поддерживает себя не рационально. Не повествование конструирует образ, а, наоборот, образ определяет повествование. Если в процессе обсуждения холокоста, как исторического факта можно обсуждать, например, численность погибших евреев, то в мифе холокоста – нельзя. Ибо не количество убитых делает холокост холокостом, а образ холокоста определяет необходимое количество убитых. Цифра 6 млн. – это мифологическая, символическая величина.

Впрочем, я не собираюсь обсуждать структуру этого мифа во всей полноте, и хочу обратить внимание только не некоторые важнейшие разделы мифологического повествования. А именно, в отличии от холокоста, как исторического факта, который является лишь эпизодом второй мировой войны, важным и значимым, но только эпизодом, в мифе холокоста сама вторая мировая война является эпизодом мифического повествования. Как, например, деяния римских легионеров есть эпизод всей истории пришествия Спасителя. В контексте своего повествования холокост есть сущностная коллизия войны, есть то, что и придает войне смысл. Холокост и старше войны (повествовательно, это рассказ о вечных преследованиях евреев, в том числе и о «погромах», ага), и продолжается после нее сейчас и будет всегда, как антисемитизм и борьба с ним.

Я часто сталкиваюсь с раздраженными высказываниями на тему, что де холокост есть бизнеспроект, что евреи зарабатывают на нем деньги и т.д. и т.п. Я не разделяю этого раздражения. Ну, зарабатывают. Ну, делают евреи свой гешефт, и что? А когда они его не делали? Как будто хохлы не хотят сделать гешефт на голодоморе?

 На значимых мифах всегда зарабатывают, но это никак не отменяет символической значимости, сакрального воздействия самого мифа.

Меня вообще евреи относительно мифа холокоста не очень интересуют. С ними как раз все понятно. Я полагаю, более важен вопрос, почему Европа (и Германия, в том числе) с таким небывалым энтузиазмом включила миф холокоста в сонм своих богов!

Так что основным вопросом является вопрос: зачем Европе холокост?

По моему мнению, этот вопрос напрямую связан с другими, значимыми для нас проблемами и вопросами. С такими вопросами, как смысл Победы, смысл ее для России и историческое, мировое значение Победы и даже с ныне обсуждаемым проектом закона об уголовной ответственности за отрицание…

«Лицом к лицу лица не увидать, большое видится на расстоянии», и Победа, ее смысл только со временем, сегодня начинает мыслиться и пониматься во всей ее громадности. Сразу после войны, всевозможные идеологические напластования, событийные коллизии весьма заузили и ограничили понимание этого громадного события. Речь шла о победе всего прогрессивного человечества над нацизмом, о превосходстве социалистической системы, об отечественной войне страны СССР против страны Германия, об освобождении народов Европы и т.д. Я вовсе не утверждаю, что эти трактовки не верны, вовсе нет. В большинстве они как раз вполне справедливы, но кроме всего этого есть и более высокое значение Победы, значение всемирно–историческое, которое, к сожалению раньше, если не поняла, то ощутила Европа. Впрочем, это не удивительно. Проигравший лучше понимает и запоминает уроки своего поражения.

Представление об отечественной войне, как только о войне с Германией неверно. Теперь это уже ясно. Война шла со всей Европой, со всеми объединенными ее силами. Не только формальные союзники, но и т.н. «порабощенные» Гитлером страны вполне поддержали исторический «натиск на восток». Вообще, если внимательно рассмотреть так называемое «порабощение» Гитлером континентальной Европы, образуется стойкое впечатление, что «девушка сама хотела». Только в Югославии немцы столкнулись с реальным, серьезным сопротивлением.

Вот например ситуация во Франции, по описанию А. Тейлора, известного английского историка, автора фундаментального труда «Вторая мировая война»: «Для подавляющего большинства французского народа война закончилась... правительство Петена осуществляло политику лояльного сотрудничества с немцами, позволяя себе лишь слабые, бесплодные протесты по поводу чрезмерных налогов... Единственное омрачало согласие: Шарль де Голль бежал в последний момент из Бордо в Лондон.,. Он обратился к французскому народу с призывом продолжать борьбу... Лишь несколько сот французов откликнулись на его призыв». (Да… «несколько сот»…)

«Немцы обнаружили в хранилищах достаточные запасы нефти... для первой крупной кампании в России. А взимание с Франции оккупационных расходов обеспечило содержание армии численностью 18 млн. человек»

Автор продолжает уже обо всей Европе: «Устанавливалось германское господство с помощью разнообразных средств — от аннексии и прямого правления до формально равного партнерства... Швеция и Швейцария сохраняли свою демократическую систему... фактически они... поскольку англичане их не бомбили, могли приносить Германии больше пользы, чем если бы оказались в положении побежденных. Германия получала железную руду из Швеции, точные приборы из Швейцарии. Без этого она не смогла бы продолжать войну... Европа стала экономическим целым».

Вряд ли стоит напоминать обо всех этих национальных дивизиях СС, от французской Шарлемань, до эстонской 20-й гренадерской. О чешской промышленности исправно снабжавшей вооружением германскую армию. Сейчас достаточно литературы, с достаточным фактическим материалом, что бы места сомнению не оставалось. На Россию двинулась вся континентальная Европа.

Надо помнить, что это не первое подобное движение Европы на восток. В начале 19-го века Наполеон так же двинул на нас всю Европу, вернее Европа двинула Наполеона. Да и в древности «натиск на восток» католических орденов был тоже всеевропейский. Конечно, относительная мощь его была не велика, как, впрочем, и относительная мощь русского мира после батыева нашествия. Но как бы то ни было Россия была и остается экзистенциальной «занозой» Европы.

Запад, так или иначе, победил и завоевал весь мир, что в европейской ментальности объясняется фундаментальным превосходством западной цивилизации и одновременно доказывает это превосходство. Запад, де, смог победить по причине более высокой цивилизации и имел на то право, ради распространения своей высшей цивилизации и общечеловеческого прогресса. И только Россия, со своей очевидно чуждой западу цивилизацией (а чуждой, по западному мнению, значит низшей) не была побеждена, притом что «натиск на восток», это не моментальное явление, результат которого мог был бы быть объяснен случайностью, а тысячелетний процесс. Наличие России ломает весь мировоззренческий комфорт запада, постоянно раздражает и требует объяснении. Известная западная русофобия (меня всегда забавляет отрицание этого явления отечественными западниками, ибо вопрос не в том, как часто говорят, а в том, что говорят, когда приходится это делать) коренится именно в этом метафизическом вызове, а вовсе не в реальной опасности захвата Европы Россией. Такой опасности никогда не существовало, и существовать не могло.

Но встает вопрос. Если Россия уже тысячу лет успешно отбивает натиск Запада, то чем же особенна Победа 1945 г.? Чем она так важна?

Дело в том, что запад развил в себе необычайный навык объяснять все победы России как-то так заковыристо, что это как бы и не победы вовсе, а вся тысячелетняя история отношений России и Европы, это цепь случайностей и искажений (как, впрочем, и история России вообще). Этот навык в полной мере переняли отечественные западники. То Наполеон насморк заработает и вследствие того погибнет полумиллионная армия, генерал «Зима» постоянно присутствует (очевидно, русские не люди, спят в снегу в обнимку с медведями, и питаются шишками), то русским всю их государственную машину организовали европейцы, от скандинавов до остзейских немцев, и только потому европейцы были поражены, что столкнулись с другими европейцами.

Но Победа 1945г. есть результат слишком громадного, слишком великого противостояния, что бы объяснить ее случайностями. Слишком долго и упорно шла битва, слишком велики жертвы Войны, и слишком чужда Западу Россия эпохи Сталина, что бы возможно было объяснить русскую Победу очередными заковыристыми «загогулинами». Впрочем, были и есть и такие попытки, но уж чересчур он заковыристы и, как следствие, очевидно несостоятельны (в том числе и такая, что победу одержал рядовой Райан).

Запад потерпел поражение в эпоху, когда людям стало очевидным, что борьбу ведут не гениальные полководцы, не планы и не железки, а народы, а в данном случае, цивилизации.

Не зря вполне обосновано пишут, что непосредственным результатом Победы стал крах колониальной системы, просуществовавшей почти 400 лет. Запад на время потерял присущую ему самоуверенность, свое самомнение, свою комфортность. Запад усомнился в собственных основаниях. Запад даже занялся их пересмотром. Даже тот Запад, который как бы числился в рядах антигитлеровской коалиции.

Европа породила нацистскую Германию, отдалась ей, была в ее лице повергнута начисто, и повергнута НЕ западом.

Отвлекусь немного. Мой уважаемый «френд» (вот дурацкое словечко!) Борис Межуев выкладывал недавно краткое изложение 2-го тома Шпенглера соотносительно со взглядами Вадима Цимбурского.

У Шпенглера речь шла о том, что, в конце концов, все, чем гордится Европа, покажется и окажется ерундой, и обнажится настоящее призвание запада, а именно воля к власти, к господству в чистом виде. Так вот хочу сказать, что это уже произошло. Новый Цезарь уже являлся, но его легионы полегли на Волге и под Курском, а aquilla склонил голову на Красной площади.

Я даже подозреваю, что Запад был поражен смертельно! Тот пересмотр собственных оснований, который Европа сделала по результатам своего крушения, непосредственно привел к арабским погромам в современном Париже, к британским городам, разговаривающим на хинди и испаноязычной Калифорнии, гей парадам и иным проявлениям надвигающегося конца…

Как писал Толстой: «Он, как опытный охотник, знал, что зверь ранен, ранен так, как только могла ранить вся русская сила, но смертельно или нет, это был еще не разъясненный вопрос. Теперь, по присылкам Лористона и Бертелеми и по донесениям партизанов, Кутузов почти знал, что он ранен смертельно».

Конечно, закат Европы, это не гибель наполеоновского нашествия, а процесс гораздо более длительный, растянутый во времени, даже с периодическими взлетами, с такими симуляциями, как ЕС и американская экспансия, но удар, нанесенный всей русской силой, я полагаю, смертелен. Другое дело, что не менее актуален вопрос, не надорвалась ли в той Войне и сама русская сила.

Впрочем, вернемся к мифу холокоста. Полагаю, что миф холокоста это психическое вытеснение Европой неудобного, мешающего, зудящего как заноза понимания. Миф холокоста, предлагая совершенно иной смысл великой войны, замещает в европейском сознании, отрицает Победу. Как только холокост становится метафизическим центром события, наша Победа представляется всего лишь эпизодом, и на таком эпизодическом уровне становятся актуальными вопросы о политическом режиме в СССР (хорош он или плох), об изнасилованных немках, важности американской тушенки и т.п., т.е. вещей столь же эпизодических. На фоне подавляющего своей трагичной грандиозностью события, как это не прискорбно признать, национальные переживания всяких латышей с эстонцами, смотрятся всего лишь мелким эпизодом, но коль скоро и наша Победа становится эпизодом, тем самым опускаясь на тот же копошащийся уровень, вполне понятными становятся претензии, заявления и действия всех этих чухонских и не чухонских лимитрофов.

Таким образом, надо признать, что миф холокоста это фундаментальный, экзистенциальный  враг нашей Победы. Миф холокоста, в конечном счете, это и есть отрицание нашей Победы в Великой Отечественной войне. Верно и обратное. Утверждая, что феноменологией высшего, трансцендентного смысла той войны была наша Победа, мы тем самым отрицаем миф холокоста. И тут ничего не поделаешь.

Таким образом, все ведущиеся сегодня разговоры об уголовном преследовании за отрицание Победы представляются мне каким-то балаганом, что особенно очевидно на фоне идеи совместно преследовать и тех, кто отрицает холокост, и тех, кто отрицает Победу. Это вообще вопрос не уголовный по сути. Пока идеологическая власть, власть СМИ в том числе, находится в руках западническо-ориентированных групп, тех групп, которые страдают всеми комплексами самого Запада, да еще и в обостренной форме, говорить о том, что закон об уголовной ответственности может стать чем-либо иным, кроме молотка в руках властей, не приходится.

медвед

Коварный агрессор

Вы спрашиваете о результатах "агрессий" России? Они таковы: половина Европы и часть Азии получили свою государственность из рук именно этого государства.
Давайте вспомним кто именно:
- Финляндия в 1802 и 1918 гг.. (До 1802 г. никогда не имела собственного государства).
- Латвия в 1918 г. (до 1918 г. никогда не имела собственного государства).
- Эстония в 1918 г. (до 1918 г. никогда не имела собственного государства).
- Литва восстановила государственность в 1918 г. также благодаря России.
- Польша восстанавливала государство с помощью России дважды, в 1918 и 1944 гг. Раздел Польши между СССР и Германией — это лишь короткий период!
- Румыния родилась в результате русско-турецких войн, а суверенной стала по воле России в 1877–1878 гг.

Collapse )

(с) Вейко Корхоненн
медвед

Письмо француза об обороне Севастополя.



Письмо французского солдата из Крыма, адресованное в Париж некоему Морису, другу автора:
«Наш майор говорит, что по всем правилам военной науки им (русским. — Ю. Д.) давно пора капитулировать. На каждую их пушку — у нас пять пушек, на каждого солдата — десять. А ты бы видел их ружья! Наверное, у наших дедов, штурмовавших Бастилию, и то было лучшее оружие. У них нет снарядов. Каждое утро их женщины и дети выходят на открытое поле между укреплениями и собирают в мешки ядра. Мы начинаем стрелять. Да! Мы стреляем в женщин и детей. Не удивляйся. Но ведь ядра, которые они собирают, предназначаются для нас! А они не уходят. Женщины плюют в нашу сторону, а мальчишки показывают языки.
Им нечего есть. Мы видим, как они маленькие кусочки хлеба делят на пятерых. И откуда только они берут силы сражаться? На каждую нашу атаку они отвечают контратакой и вынуждают нас отступать за укрепления. Не смейся, Морис, над нашими солдатами. Мы не из трусливых, но когда у русского в руке штык —дереву и тому я советовал бы уйти с дороги. Я, милый Морис, иногда перестаю верить майору.



Мне начинает казаться, что война никогда не кончится. Вчера перед вечером мы четвертый раз за день ходили в атаку и четвертый раз отступали. Русские матросы (я ведь писал тебе, что они сошли с кораблей и теперь защищают бастионы) погнались за нами. Впереди бежал коренастый малый с черными усиками и серьгой в одном ухе. Он сшиб двух наших — одного штыком, другого прикладом — и уже нацелился на третьего, когда хорошенькая порция шрапнели угодила ему прямо в лицо. Рука у матроса так и отлетела, кровь брызнула фонтаном. Сгоряча он пробежал еще несколько шагов и свалился на землю у самого нашего вала. Мы перетащили его к себе, перевязали кое-как раны и положили в землянке. Он еще дышал: «Если до утра не умрет, отправим его в лазарет, — сказал капрал. — А сейчас поздно. Чего с ним возиться?».
Ночью я внезапно проснулся, будто кто-то толкнул меня в бок. В землянке было совсем темно , хоть глаз выколи. Я долго лежал, не ворочаясь, и никак не мог уснуть. Вдруг в углу послышался шорох. Я зажег спичку. И что бы ты думал? Раненый русский матрос подполз к бочонку с порохом. В единственной своей руке он держал трут и огниво. Белый как полотно, со стиснутыми зубами, он напрягал остаток своих сил, пытаясь одной рукой высечь искру. Еще немного, и все мы, вместе с ним, со всей землянкой взлетели бы на воздух. Я спрыгнул на пол, вырвал у него из руки огниво и закричал не своим голосом. Почему я закричал? Опасность уж миновала. Поверь, Морис, впервые за время войны мне стало страшно. Если раненый, истекающий кровью матрос, которому оторвало руку, не сдается, а пытается взорвать на воздух себя и противника — тогда надо прекращать войну. С такими людьми воевать безнадежно»

Источник: «Нахимов» Ю. Давыдов, Молодая гвардия, 1970 г.
медвед

Люди Бездны



Жили-были русские. Обычный, в общем-то, народ. Плодились, сеяли хлеб, воевали. И чёрт их дернул выглянуть за Уральские горы.

— Ага! - Сказали русские, вглядываясь в бездну пространства.

— Угу, - тихонько ответила Бездна, вглядываясь в русских.

— Ё! - Сказали русские, почесали в затылке и залезли с ногами в Бездну , которую для ясности обозвали Сибирью.

Бездна булькнула и чуть-чуть перелилась к русским, вызвав Смутное время. Русские притормозили, навели порядок и снова пошли в Сибирь. Да так увлеклись, что забрели аж в Америку. Но быстро опомнились - как-то нехорошо, когда у тебя Бездна американцами заканчивается. И быстро продали лишнее. Уж лучше пусть Тихий океан в конце будет!

Так и бултыхались веками в своей Бездне. Жаловались на дураков и дороги. Хотя чему тут возмущаться? Какие в Бездне дороги? И как сохранить разум, когда вокруг бесконечные пространства и бездорожье?! Вот то-то и оно.

Другие народы с подозрением косились на восточного соседа. Вроде и завидовать нечему, и в тоже время есть нечто странное. А вдруг у них там в бездне хорошо? Не зря же они там без дорог живут.

Особо это давило на всяких великих (в кавычках и без) полководцев. Ведь приятно же осознавать себя Захватчиком Бездны! Вот и лезли. Сначала Наполеон. И ведь умный мужик был! Но тут и гений растеряется, когда тебе столицу - “да на, подавись, у нас еще есть”. Съела Бездна французов.

Немцы потом тоже поперли. Ну, куда народу Порядка соваться в хаос? Разве сразу не было видно: до Сталинграда им полторы тысячи километров, а от Сталинграда до Камчатки восемь тысяч! Чем думали? Перемололись в труху в русских жерновах.

А потом Циолковский посмотрел вверх, заметил космос и показал остальным русским.

— Ага! - Сказали русские, вглядываясь в бездну пространства.

— Угу, - тихонько ответила Бездна, подмигивая старым знакомым.

— Ё! - Сказали русские и, почесав в затылке, запустили Спутник и Гагарина.

Но тут всё испортили американцы, высадившись на Луне. Русские еще с прошлого раза помнили, что Бездна с ними плохо сочетается. Расстроились. Думали по старой схеме - продать Луну. Да хоть китайцам! Но те, как на зло, в космос еще не вышли. Погоревали. Выпили. От огорчения устроили очередное Смутное время (чтобы не путать с первым, обозвали его Перестройкой).

Только американцам бездна не нужна оказалась. А русские… Снова порядок навели. И опять нет-нет да и посматривают в космос. Там ведь холодно, как в Сибири, нет никого, дорог опять же не наблюдается. Родные места практически!

Вот сейчас медленно запрягут, да и рванут к звездам. С бубенцами и залихватским свистом, по необъятному космосу. Потому что русские - Люди Бездны. Они тут дома.

P.S. Если долго смотреть в бездну, то из бездны на тебя начинают смотреть русские.